Зона не отпускает зачем сталкеры едут в Чернобыль

Зона не отпускает зачем сталкеры едут в Чернобыль

МОСКВА, 26 окт — РИА Новости, Екатерина Постникова. Заброшенная Ховринская больница, недостроенный московский аквапарк и мертвые села в зоне отчуждения Чернобыльской АЭС — в этих местах, символах распада и умирания, куда обычные люди стараются не заглядывать, сталкеры, по их словам, черпают особую энергетику. О том, что притягивает этих людей в зону отчуждения и почему они готовы ради нее бросить все, — в материале РИА Новости."Везде, где царит безжизненность, я нахожу новые силы, чтобы жить", — рассказывает 27-летний Юрий Томашевский, чей "сталкерский стаж" составляет уже семь лет. Сталкерское движение стало активно развиваться начиная с 2007 года, когда вышла первая компьютерная игра из серии "S.T.A.L.K.E.R.", прототипом которой стала Чернобыльская зона отчуждения. Тем не менее в русский язык слово "сталкер" вошло после публикации повести братьев Стругацких "Пикник на обочине" (1972 год) и снятого по ее мотивам фильма "Сталкер" (1979 год) Андрея Тарковского.Именно это место для многих опытных сталкеров является наиболее интересным объектом для исследования. "До первого похода в зону в 2010 году я бывал только на точечных объектах — тоннели, бункеры, заброшенные здания, — вспоминает Юрий Томашевский. — Так я тренировался, готовя себя к зоне".На территорию вокруг законсервированной АЭС можно попасть двумя способами: официально с экскурсией и нелегально через бреши в ограждениях. Сталкеры используют второй путь. Главная опасность — быть пойманным патрулями. И если на Украине за это грозит штраф в 850 гривен (около 1700 российских рублей), то в Белоруссии все гораздо серьезнее: первый штраф составляет 2000 белорусских рублей (около 60 тысяч российских рублей), а второе задержание в течение года чревато уголовным преследованием.Многие сталкеры впервые едут в Припять с официальной экскурсией. Москвичу Максиму Алексашину 27 лет, и среди сталкеров он один из первопроходцев: за десять лет он побывал в зоне 48 раз. Его цель — посетить все 220 нежилых деревень на территории зоны. Он обошел уже 140. "Про экскурсии в Припять я узнал уже после того, как побывал в Ховринской заброшенной больнице, — вспоминает Максим. — Тогда решил съездить на экскурсию — благо она стоила всего 3000 рублей". Максиму на экскурсии не понравилось: "По газонам не ходить, в дома не заглядывать" — и это в мертвом городе, пережившем техногенную катастрофу.Станиславу Полесскому 28 лет, и сталкерством он занимается с 2010 года. Тогда же он запустил группу в "ВКонтакте" "Чернобыльская зона глазами сталкера", которая за семь лет своего существования стала одним из самых масштабных объединений подобного рода — сегодня сообщество насчитывает около 45 тысяч участников. "Советский Союз я в сознательном возрасте не застал, и мне было интересно на него посмотреть: все эти плакаты, лозунги, школы, детсады", — рассказывает Станислав.Исследование заброшенных мест стало своеобразным туризмом. Есть даже термин — Urban Exploration (от англ. "исследование городов"). В основном исследовать зону едут сталкеры из России, Украины и Белоруссии, однако интерес к Чернобылю растет. "Туризм здесь хорошо развивается. У нас своего рода Диснейленд, только с печальной историей, — говорит Станислав. — К нам приезжали сталкеры из Швеции, Германии, Португалии. Один поляк месяц жил в Припяти — говорит, одичал немного". По словам Полесского, сегодня около 200 сталкеров постоянно приезжают в зону.Территория находится под охраной, которая следит, чтобы с зоны никто не вывозил зараженные предметы или древесину. Поэтому главный навык сталкера — грамотно обойти контрольно-пропускные пункты и спрятаться от патрулей. Сейчас засечь нарушителей гораздо легче: на деревьях установлены камеры, а над территорией кружат квадрокоптеры. Сталкеры рассказывают, что охранники в Припяти — то ли от скуки, то ли для тренировки — стреляют неприцельным огнем по пустым домам. "Это становится опасно, — говорит Юрий Томашевский. — Кто-нибудь высунется в окно, и звезды сойдутся так, что кого-то убьют".Другая опасность — радиация. Официально жить в зоне запрещено. В обязательный набор сталкера входит прибор для измерения радиационного фона — дозиметр. "В Припяти до сих пор остались места, где можно находиться лишь несколько минут при должной защите органов дыхания, иначе можно в буквальном смысле сломать себе жизнь, — говорит Станислав Полесский. — К таким местам относятся подвал части с обмундированием пожарных, которые тушили пожар в ночь аварии, и подвал завода "Юпитер", где была лаборатория по изучению воздействия радиации".За 30 лет на этой безлюдной запретной территории развелось множество диких животных. Максим Алексашин предпочитает ходить в зону в одиночку и рассказывает, что не раз находился на грани выживания. Отправившись на свой 20-й день рождения в зону, ночью он услышал вой стаи волков в ста метрах от себя. "Я взобрался на дерево за считаные секунды и просидел там до утра", — вспоминает Максим.В этих местах мобильная связь работает далеко не везде, и в случае проблем со здоровьем отчаянные сталкеры рискуют остаться там навсегда.Виктория Полесская — одна из немногих девушек-сталкерш. "Я знаю четырех девочек, которые увлекаются этим, — рассказывает Виктория. — В основном это девушки и жены сталкеров, парни ведут их за собой". Впервые в зону Виктория попала в 2013 году: как и многие другие, не зная о существовании сталкеров, она поехала в Припять с официальной экскурсией. "Тогда мне захотелось сбежать из автобуса и пойти осматривать все самой", — вспоминает Виктория. Первый самостоятельный поход в Припять девушка совершила три года спустя: ее молодой человек Станислав Полесский взял ее с собой. Сегодня в послужном списке Виктории уже 12 походов в зону. Весной 2018 года они со Станиславом планируют обвенчаться в Чернобыле.Обычно поход в зону длится от четырех до восьми дней. За это время сталкеры исследуют покинутые территории, заходят в заброшенные дома, школы, больницы. Из таких походов обычно привозят тысячи фотографий, при этом выносить из зоны какие-либо предметы сталкеры не рискуют. Ночуют в полуразрушенных зданиях: спят либо на оставшихся от прежних обитателей печах и кроватях, либо в спальных мешках прямо на полу. За восемь дней экспедиции сталкер проходит до 200 километров.Опытные ходоки берут с собой минимум необходимых вещей: удобная обувь, вместительный рюкзак, теплые вещи, дозиметр, компас, зарядные устройства для телефона и фотоаппарата, распечатанная карта, ножик и ракетница. "Поначалу я брал и бинокли, и приборы ночного видения, и даже самодельный свинцовый бронежилет весом 30 килограммов", — вспоминает Максим Алексашин.Новички пытаются взять в поход оборудование на все случаи жизни — в итоге больше половины вещей в походе не пригождаются. "Напарник однажды потащил с собой топорик, — вспоминает Юрий Томашевский. — Мы им ни разу не воспользовались, потому что рубить деревья, создавая лишний шум, и жечь костры в зоне нежелательно — можно привлечь внимание патрулей. Пришлось этот топорик на себе нести всю дорогу"."В походах в зону я всегда устраиваю себе полный комфорт, — рассказывает Виктория Полесская. — В отличие от парней, у меня набор вещей немного другой: я беру крем от раздражения, специальные салфетки, минимум семь комплектов белья, поскольку из-за обилия пыли ты чувствуешь себя некомфортно. И еще я всегда беру маленькую подушку".Никто из сталкеров не может объяснить, чем их так притягивает это место, но все сходятся на одном: зона вызывает зависимость. Примерно так же, как это описывалось в повести братьев Стругацких. "Все, Зона! И сразу такой озноб по коже. Каждый раз у меня этот озноб, и до сих пор я не знаю, то ли это так Зона меня встречает, то ли нервишки у сталкера шалят", — говорил герой Рэдрик Шухарт, для которого Зона была чем-то сродни наркотику."Я адекватный человек, работаю на нормальной работе, но проходит месяц, и я до дрожи в коленках хочу вернуться в зону", — делится Виктория. Максим Алексашин также хотел бы сыграть свадьбу в зоне отчуждения. "Было бы здорово жить в городе, а летом приезжать на два-три месяца в свой домик". На вопрос, не боится ли Максим проблем со здоровьем, он отвечает: "Я так понял, на мне это не отразится, а вот на моих детях и внуках может. Вся наша жизнь — риск".По словам Юрия Томашевского, энергетика места чувствуется даже на физиологическом уровне: "Выходишь из зоны и чувствуешь, что будто какой-то груз с плеч падает". "Зона не отпускает, — говорит Томашевский. — В первый свой неудачный поход, который закончился спустя десять километров, я решил, что забуду про это место. Но как только я ступил на Большую землю, понял, что хочу вернуться обратно".Версия 5.1.11 beta. Чтобы связаться с редакцией или сообщить обо всех замеченных ошибках, воспользуйтесь формой обратной связи.Сетевое издание «РИА Новости» зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) 08 апреля 2014 года. Свидетельство о регистрации Эл № ФС77-57640Регистрация пользователя в сервисе РИА Клуб на сайте Ria.Ru и авторизация на других сайтах медиагруппы МИА «Россия сегодня» при помощи аккаунта или аккаунтов пользователя в социальных сетях обозначает согласие с данными правилами.На сайтах медиагруппы МИА «Россия сегодня» может осуществляться редактирование комментариев, в том числе и предварительное. Это означает, что модератор проверяет соответствие комментариев данным правилам после того, как комментарий был опубликован автором и стал доступен другим пользователям, а также до того, как комментарий стал доступен другим пользователям.Пожалуйста, пишите грамотно — комментарии, в которых проявляется пренебрежение правилами и нормами русского языка, могут блокироваться вне зависимости от содержания.Администрация имеет право без предупреждения заблокировать пользователю доступ к странице в случае систематического нарушения или однократного грубого нарушения участником правил комментирования.Пользователь может инициировать восстановление своего доступа, написав письмо на адрес электронной почты moderator@rian.ruВ случае повторного нарушения правил и повторной блокировки доступ пользователю не может быть восстановлен, блокировка в таком случае является полной.Чтобы связаться с командой модераторов, используйте адрес электронной почты moderator@rian.ru или воспользуйтесь формой обратной связи.
Источник: https://ria.ru/society/20171026/1507555471.html
По самым смелым подсчетам Госагентства Украины по управлению зоной отчуждения, уже через 5-20 лет эту территорию вновь можно сделать жилой. А до тех пор она закрыта для посещения всеми, кроме официальных экскурсий и команд, занимающихся обслуживанием защитной арки на ЧАЭС. Многих это, правда, не останавливает — по отчетам полиции в зоне отчуждения задерживают около 400 нелегалов за год. По словам самих ребят, это приблизительно каждый четвертый. Зачем эти люди со всей территории СНГ (и не только) каждый год рискуют собой, когда есть возможность поехать туда на официальную экскурсию? ForshMag поговорил с такими людьми и узнал, в чем дело.Посмотреть, что такое зона, а правда ли, что там двухголовые волки, гигантские цветы и прочая нечисть. Мотивацией стало банальное любопытство, как и у большинства людей. Да и вообще всегда привлекает все, что за забором. И тут дело совершенно не в деньгах. Ни одна официальная экскурсия не покажет всего, что ты хочешь увидеть. В зоне своя атмосфера — это живая природа, которую человек оставил в покое, заброшенные объекты — от всяких домиков до целой промзоны. Это же просто рай для экстремалов. Такого места на Земле больше нет — оно уникально, и ты имеешь возможность к нему прикоснуться. По-моему, это здорово.rc-p38x-lycОпасность — дело всегда относительное. В городе зачастую намного опаснее, чем там. Если, конечно, не лезть внутрь реактора. Но очень не хотелось, чтобы поймали, особенно когда еще не дошли до места, к которому собирались. Это был для меня обычный поход, такой себе трекинг. Было сложно, потому что передвигаешься в основном ночью и рано утром, но быстро привыкаешь к такому режиму. Не очень приятно, когда идет дождь, но по-своему атмосферно.Для человека, который ходил в поход хотя бы один-два раза, визит в зону не составит никакой технической сложности. Можно, конечно, рассказать, что там опасно, но это было бы, мягко говоря, художественным преувеличением. Животные в зоне боятся людей — если не лезть на рожон, они тебя не тронут. Да и идешь ты в основном по дороге. Это обычный поход. Есть ребята из Киева, которые ходят в зону чуть ли не каждые выходные.Я прекрасно осознавал, на что подписываюсь, когда шел туда в впервые. Я неплохо разбираюсь в физике, знаю, что такое радиация, и понимаю, что большинство баек про зону отчуждения — полный бред. Например, самая популярная — в Чернобыле есть радиация. Но ведь в Припяти радиационный фон ниже, чем в Киеве — стоит просто спуститься с датчиком Гейгера в киевское метро и сравнить с показателями в Чернобыльской зоне. Это связано с тем, что в Припяти нет машин и гранитного основания.Iev8PcR7ZiMПрипять — отличный пример для urban exploration — исследования забытых и заброшенных зданий. Мне нравится их эстетика, мне интересно изучать те места, которые показывают, что будет с урбан-объектами после исчезновения там человека. Человечество — все же временное явление на этой планете, и интересно, что будет дальше. Припять — неплохой пример того, что природе нужно не так много времени, чтобы от нас остались только смутные воспоминания.Что почитать: После «Оккупай Жукова» что случилось с одесской урбанистикой?Люди воспринимают разную красоту. Кто-то любит красоту природы, кому-то нравится красота человеческого тела, мне нравится красота заброшенных зданий. Хотя покинуто в зоне отчуждения далеко не все. Например, в городе Чернобыль живет около 15 тысяч человек. Там находятся все строители саркофага, рабочие со станции. Там школы, дома, больницы — самый обычный город, такой же, как любой другой.e33GNAv3xJMСамый большой кайф похода в зону отчуждения — это то, что ты ощущаешь себя исследователем. Когда едешь туда с экскурсией, ты убиваешь весь интерес, идешь по проторенным путям. Но когда идешь туда сам, то чувствуешь что-то совершенно другое: постоянное напряжение, адреналин в крови. Это как прыжок с парашютом, но растянутый на дни.Сначала был просто интерес. Я хотел открыть для себя что-то новое. Но я не стыжусь признавать, что на первый поход меня вдохновила в какой-то мере компьютерная игра STALKER — она очень зацепила сюжетом и атмосферой. После того как поиграл в нее, стал искать информацию о реальной ЧЗО и планировать свой первый поход.WcJNRyeFkNkТот поход был моим первым туристическим опытом. Вышел он не особо удачным, так как у нас не было ни информации о местности и обстановке, ни должных туристических навыков. Так что до Припяти мы с товарищем не дошли, пришлось вернуться на полпути. А так как это была моя цель, я вернулся туда через несколько месяцев и закончил начатое. Когда я пошел впервые в 2010-м году, информации на этот счет было совсем немного. Мы просто взяли и пошли.В ЧЗО оказалось куда более людно, чем мы ожидали. Мы натыкались на большое количество самоселов, у них было целое хозяйство. Когда вернулся, думал, что на этом все и закончится. Но я нашел единомышленников, начались командные походы по новым интересным местам. Больше всего впечатляет Дуга (станция, которая использовалась для того, чтобы определять место и направление запуска американских баллистических ракет — прим.). А самые веселые истории, конечно, бывают после посещения отделения милиции в городе Чернобыль. Каждое место по-своему интересно.Есть официальные поездки, и рядовым гражданам я рекомендую ими и ограничиться. Особенно если есть лишние две-три тысячи гривень. Но в этом случае не будет тех самых историй, закатов и рассветов в кругу друзей или наедине с природой. Не будет чувства того, что ты выполнил поставленную перед собой цель. Теперь, когда я много где побывал, хожу туда, чтобы расслабиться. Морально отдохнуть от городской суеты.EELW5TlFvGE (1)Скажи «ДА!» приключениям: путешествие как образ жизниЦенный материал: как из использованного пластика сделать лавочку в парке
Источник: http://forshmag.me/2017/03/17/poigrat-v-stalkera-zachem-hodyat-v-chernobylskuyu-zonu/
Заброшенная Ховринская больница, недостроенный московский аквапарк и мертвые села в зоне отчуждения Чернобыльской АЭС — в этих местах, символах распада и умирания, куда обычные люди стараются не заглядывать, сталкеры, по их словам, черпают особую энергетику. О том, что притягивает этих людей в зону отчуждения и почему они готовы ради нее бросить все, — в материале."Везде, где царит безжизненность, я нахожу новые силы, чтобы жить", — рассказывает 27-летний Юрий Томашевский, чей "сталкерский стаж" составляет уже семь лет. Сталкерское движение стало активно развиваться начиная с 2007 года, когда вышла первая компьютерная игра из серии "S.T.A.L.K.E.R.", прототипом которой стала Чернобыльская зона отчуждения. Тем не менее в русский язык слово "сталкер" вошло после публикации повести братьев Стругацких "Пикник на обочине" (1972 год) и снятого по ее мотивам фильма "Сталкер" (1979 год) Андрея Тарковского.Именно это место для многих опытных сталкеров является наиболее интересным объектом для исследования. "До первого похода в зону в 2010 году я бывал только на точечных объектах — тоннели, бункеры, заброшенные здания, — вспоминает Юрий Томашевский. — Так я тренировался, готовя себя к зоне".На территорию вокруг законсервированной АЭС можно попасть двумя способами: официально с экскурсией и нелегально через бреши в ограждениях. Сталкеры используют второй путь. Главная опасность — быть пойманным патрулями. И если на Украине за это грозит штраф в 850 гривен (около 1700 российских рублей), то в Белоруссии все гораздо серьезнее: первый штраф составляет 2000 белорусских рублей (около 60 тысяч российских рублей), а второе задержание в течение года чревато уголовным преследованием.Многие сталкеры впервые едут в Припять с официальной экскурсией. Москвичу Максиму Алексашину 27 лет, и среди сталкеров он один из первопроходцев: за десять лет он побывал в зоне 48 раз. Его цель — посетить все 220 нежилых деревень на территории зоны. Он обошел уже 140. "Про экскурсии в Припять я узнал уже после того, как побывал в Ховринской заброшенной больнице, — вспоминает Максим. — Тогда решил съездить на экскурсию — благо она стоила всего 3000 рублей". Максиму на экскурсии не понравилось: "По газонам не ходить, в дома не заглядывать" — и это в мертвом городе, пережившем техногенную катастрофу.Станиславу Полесскому 28 лет, и сталкерством он занимается с 2010 года. Тогда же он запустил группу в "ВКонтакте" "Чернобыльская зона глазами сталкера", которая за семь лет своего существования стала одним из самых масштабных объединений подобного рода — сегодня сообщество насчитывает около 45 тысяч участников. "Советский Союз я в сознательном возрасте не застал, и мне было интересно на него посмотреть: все эти плакаты, лозунги, школы, детсады", — рассказывает Станислав.Исследование заброшенных мест стало своеобразным туризмом. Есть даже термин — Urban Exploration (от англ. "исследование городов"). В основном исследовать зону едут сталкеры из России, Украины и Белоруссии, однако интерес к Чернобылю растет. "Туризм здесь хорошо развивается. У нас своего рода Диснейленд, только с печальной историей, — говорит Станислав. — К нам приезжали сталкеры из Швеции, Германии, Португалии. Один поляк месяц жил в Припяти — говорит, одичал немного". По словам Полесского, сегодня около 200 сталкеров постоянно приезжают в зону.Территория находится под охраной, которая следит, чтобы с зоны никто не вывозил зараженные предметы или древесину. Поэтому главный навык сталкера — грамотно обойти контрольно-пропускные пункты и спрятаться от патрулей. Сейчас засечь нарушителей гораздо легче: на деревьях установлены камеры, а над территорией кружат квадрокоптеры. Сталкеры рассказывают, что охранники в Припяти — то ли от скуки, то ли для тренировки — стреляют неприцельным огнем по пустым домам. "Это становится опасно, — говорит Юрий Томашевский. — Кто-нибудь высунется в окно, и звезды сойдутся так, что кого-то убьют".Другая опасность — радиация. Официально жить в зоне запрещено. В обязательный набор сталкера входит прибор для измерения радиационного фона — дозиметр. "В Припяти до сих пор остались места, где можно находиться лишь несколько минут при должной защите органов дыхания, иначе можно в буквальном смысле сломать себе жизнь, — говорит Станислав Полесский. — К таким местам относятся подвал части с обмундированием пожарных, которые тушили пожар в ту ночь аварии, и подвал завода "Юпитер", где была лаборатория по изучению воздействия радиации".За 30 лет на этой безлюдной запретной территории развелось множество диких животных. Максим Алексашин предпочитает ходить в зону в одиночку и рассказывает, что не раз находился на грани выживания. Отправившись на свой 20-й день рождения в зону, ночью он услышал вой стаи волков в ста метрах от себя. "Я взобрался на дерево за считаные секунды и просидел там до утра", — вспоминает Максим.Виктория Полесская — одна из немногих девушек-сталкерш. "Я знаю четырех девочек, которые увлекаются этим, — рассказывает Виктория. — В основном это девушки и жены сталкеров, парни ведут их за собой". Впервые в зону Виктория попала в 2013 году: как и многие другие, не зная о существовании сталкеров, она поехала в Припять с официальной экскурсией. "Тогда мне захотелось сбежать из автобуса и пойти осматривать все самой", — вспоминает Виктория. Первый самостоятельный поход в Припять девушка совершила три года спустя: ее молодой человек Станислав Полесский взял ее с собой. Сегодня в послужном списке Виктории уже 12 походов в зону. Весной 2018 года они со Станиславом планируют обвенчаться в Чернобыле.Обычно поход в зону длится от четырех до восьми дней. За это время сталкеры исследуют покинутые территории, заходят в заброшенные дома, школы, больницы. Из таких походов обычно привозят тысячи фотографий, при этом выносить из зоны какие-либо предметы сталкеры не рискуют. Ночуют в полуразрушенных зданиях: спят либо на оставшихся от прежних обитателей печах и кроватях, либо в спальных мешках прямо на полу. За восемь дней экспедиции сталкер проходит до 200 километров.Опытные ходоки берут с собой минимум необходимых вещей: удобная обувь, вместительный рюкзак, теплые вещи, дозиметр, компас, зарядные устройства для телефона и фотоаппарата, распечатанная карта, ножик и ракетница. "Поначалу я брал и бинокли, и приборы ночного видения, и даже самодельный свинцовый бронежилет весом 30 килограммов", — вспоминает Максим Алексашин.Новички пытаются взять в поход оборудование на все случаи жизни — в итоге больше половины вещей в походе не пригождаются. "Напарник однажды потащил с собой топорик, — вспоминает Юрий Томашевский. — Мы им ни разу не воспользовались, потому что рубить деревья, создавая лишний шум, и жечь костры в зоне нежелательно — можно привлечь внимание патрулей. Пришлось этот топорик на себе нести всю дорогу"."В походах в зону я всегда устраиваю себе полный комфорт, — рассказывает Виктория Полесская. — В отличие от парней, у меня набор вещей немного другой: я беру крем от раздражения, специальные салфетки, минимум семь комплектов белья, поскольку из-за обилия пыли ты чувствуешь себя некомфортно. И еще я всегда беру маленькую подушку".Никто из сталкеров не может объяснить, чем их так притягивает это место, но все сходятся на одном: зона вызывает зависимость. Примерно так же, как это описывалось в повести братьев Стругацких. "Все, Зона! И сразу такой озноб по коже. Каждый раз у меня этот озноб, и до сих пор я не знаю, то ли это так Зона меня встречает, то ли нервишки у сталкера шалят", — говорил герой Рэдрик Шухарт, для которого Зона была чем-то сродни наркотику."Я адекватный человек, работаю на нормальной работе, но проходит месяц, и я до дрожи в коленках хочу вернуться в зону", — делится Виктория. Максим Алексашин также хотел бы сыграть свадьбу в зоне отчуждения. "Было бы здорово жить в городе, а летом приезжать на два-три месяца в свой домик". На вопрос, не боится ли Максим проблем со здоровьем, он отвечает: "Я так понял, на мне это не отразится, а вот на моих детях и внуках может. Вся наша жизнь — риск".По словам Юрия Томашевского, энергетика места чувствуется даже на физиологическом уровне: "Выходишь из зоны и чувствуешь, что будто какой-то груз с плеч падает". "Зона не отпускает, — говорит Томашевский. — В первый свой неудачный поход, который закончился спустя десять километров, я решил, что забуду про это место. Но как только я ступил на Большую землю, понял, что хочу вернуться обратно".
Источник: http://naspravdi.info/novosti/postapokalipticheskiy-disneylend-stalkery-v-zone-otchuzhdeniya

Jan-21-18



Похожие посты: